Парламент
Чеченской республики

«Мы снова говорим на разных языках…»

Любой ценой привлечь внимание. Агрессивным заголовком с неприкрытой злобой. Остросюжетной канвой. Акцентом, колющим самолюбие той или иной читательской среды.  Стары, как мир, методы иных средств массовой информации, преследующих только одну единственную цель – поддержать рейтинг популярности издания или канала, сохранить и увеличить тираж,  если это касается печатных СМИ, а речь в данном случае  о них, конкретнее – все о той же «Комсомолке», бравирующей своей многотиражностью.

Я тоже имею отношение к журналистике и очень ценю свободу слова. В моей жизни особое место занимает период активной профессиональной деятельности в этой сфере, когда на протяжении 90-х-2000-х годов мне удавалось доносить до людей, оказавшихся под прессом дудаевского режима, а позже 2-х военных кампаний, правду о происходящем.  При этом хочу заметить, когда речь шла о местных преступниках, я не утруждал себя выбором слов и выражений, но когда дело доходило до преступлений со стороны федеральных силовых структур, у меня срабатывал внутренний цензор и ответственность за возможные последствия моих публикаций. Мы с коллегами непременно делали оговорку «отдельные», говоря о злоупотреблениях  федералов, поскольку в целом ими все же решалась задача по наведению правопорядка.

Известно, что в федеральных структурах в Чечне были задействованы представители правоохранительных органов и силовых ведомств из разных регионов страны, то есть разных народов. Есть немало случаев, где в ходе так называемых зачисток здесь оставили свой печальный след представители определенных народов. Когда в ходе воспоминаний среди местного населения называется тот или иной населенный пункт или блокпост, сразу же возникают ассоциации с конкретными федеральными подразделениями, тем или иным образом поведших себя в соприкосновении с мирным населением. К примеру, поселок Алды г. Грозного печально известен зверской расправой над беззащитными людьми (женщинами, стариками, детьми), учиненной омоновцами из одной северокавказской республики… заметьте, я не указываю, какой именно, хотя все это зафиксировано тем или иным образом. Я – журналист. Я формирую общественное мнение вплоть до создания определенных образов. Я осознаю высочайшую личную ответственность за каждое слово, каждую оценку. Особенно в эти времена, когда в России достаточно остро стоит национальный вопрос, когда различные деструктивные силы пытаются использовать те же социальные проблемы для нагнетания обстановки в стране    на основе национальной нетерпимости, где еще свежи раны, нанесенные друг другу участниками конфликта на  территории Чеченской Республики и т. д.

Почему же мой коллега Алексей Дроботов, автор статьи «Задержаны двое ингушей, напавших на казака» («Комсомольская правда». Северный Кавказ, № 25, 20 февраля 2013 г.) думает иначе, закладывая уже в само название статьи самую что ни на есть провокацию. Разве нельзя было ограничиться терминами «преступник» и «пострадавший»,  рассказывая об инциденте, коих в российских городах сотни и тысячи. Да не можно было, а было необходимо, если А. Дроботов живет понятиями неделимой страны, стабильного настоящего и предсказуемого будущего для наших детей.

Однако не живет он такими понятиями, ему глубоко безразлично, как отзовется его слово, как, похоже, и самой газете. А ведь острота газетной полосы способна вызвать любую остроту в обществе, и коснется это всех. И это не первый месседж, граничащий с  призывом к межнациональной вражде, «именитой» «Комсомолки» через заголовки (а вдруг в самом содержании не заметят), через нагнетание страстей в повествовательной части. И не последний, по всей вероятности.

Возникает интересный вопрос: чего должно быть больше в руководителях наших изданий (да и телеканалов) – свободы в словесной фантазии или государственного мышления? Ведь, в конечном счете, все должно работать на позитив, на некую истину, лежащую в основе всего. А истина в данном контексте – мирное сосуществование многочисленных народов России, их взаимная терпимость, как минимум.  Хотя, согласитесь, взаимное уважение – куда более достойная цель.

Вот последнее – «цель» и определяет поведение и поступки журналистов и политиков. Кто-то пытается смягчить ситуацию, выбирая слова и действия, кто-то преследует узкие, меркантильные интересы, врезаясь в общественное сознание словами – копьями, создавая дополнительные к правоохранительным неконституционные структуры якобы для наведения порядка и т. д., и т. д.

Что делать? Классический вопрос, характерный для нашей страны. Свой ответ, в высшей степени разумный и своевременный, дала некоторое время назад Московская Государственная дума, выступившая с законопроектом о запрете на указание национальной принадлежности участников уголовного дела: лиц, совершивших или подозреваемых в совершении преступления, и пострадавших.

К сожалению, инициатива  в тот период не нашла поддержки, и вот годы спустя Мосгордума реанимировала данную законодательную инициативу и вновь обратилась с ней в Государственную Думу ФС РФ. Благо, Президент Российской Федерации недавно при обсуждении национальной проблематики выразил готовность подписать соответствующий закон, и это обстоятельство  дает  реальную надежду на то, что в нашей стране наконец-то будет сделан существенный шаг к достижению межнационального согласия.

В этой ситуации очень важно, чтобы региональные законодательные органы власти поддержали московских коллег, как это сделали депутаты чеченского парламента.

Яд, говоря грубо, нуждается в противоядии. Нельзя отдавать на откуп нашим недоброжелателям этническое поле России, и в этом особая ответственность лежит на представителях медийного цеха. К сожалению,  в этом направлении мы еще говорим на разных языках, имея в виду разные цели и приоритеты, хотя Родина, как известно, одна. Впрочем, для всех ли?      

 Руслан Юсупов